[главная][наше упование][раскол патр. Никона][раздор митр. Корнилия][ересь монаха Алимпия][богослужение][жизнь общины][отдел соц. поддержки][библиотека][фотогалерея][контакты]
«И с сего-то времени Святые исповедники установили каждогодно совершать сие Священное Торжество, чтобы мы снова не впали в такое же нечестие...»

ТВОРЕНИЕ ИЖЕ ВО СВЯТЫХ ОТЦА НАШЕГО НИКИФОРА КАЛЛИСТА КСАНФОПУЛА, ПАТРИАРХА КОНСТАНТИНА-ГРАДА
(1350-1354, память Святцев 20 июня).


ВНИМАНИЕ! УСТАВ: Чтец ради благословения к чтению сего Синоксаря, который и последует, согласно Уставу, в заключение 6-й песни канона Утрени, уже после того, как певцы Православия, вслед за чтецом канона, повторят пением конечные строки кондака и икоса настоящего Праздника, во всеуслышание возвещает:

«В сей день, первую неделю постов, совершаем Воспоминание о восстановлении Святых и досточтимых икон, бывшем в самодержавие над Константинополем Михаила и матери его Феодоры при патриархе и Исповеднике Мефодии!» - «Благослови, отче!»

При этом сам чтец либо тот представитель Христова Священства, который будет здесь и сейчас, с осуществлением Богослужебного Возгласа от Священства ради чтения этого Поучения, в Божественном этом собрании верных преподавать Благословение и открывать Оглашение в Воспоминание причин и цели такого собрания, упреждая Возглас, сам же и сказывает стих (ведь это имеем наподобие прокимна Библейским Чтениям), в свете которого имеем намерение расслышать и воспринять это, обращенное к нам издревле, слово о нашем обще-церковном Празднике веры. Итак, имеет место стих, следующий:

«Я радуюсь, видя благоговейное поклонение иконам, которые нечестиво были извергнуты!»

«Когда Лев Исавр, из низкого состояния пастуха ослов и свиней, попущением Божиим, овладел скиптром царства, в то время ключи Церкви держал Святой Герман. Исавр посылает за ним и говорит ему: «Владыка, мне кажется, что святые иконы ничем не отличаются от идолов, посему прикажи поскорее убрать их. Если же они и подлинные изображения святых, по крайней мере пусть поставят их повыше, дабы мы, погрязшие во грехах, не осквернили их лобзанием». Патриарх отклонил царя от такого нечестивого дела, так говоря: «Не ты ли, царь, как слышно, прогневался за Святые иконы на некоего, по прозванию Конона?» Царь же ему отвечал: «Я на это вызван был, когда еще был юн!»

Так как патриарх не хотел на это согласиться, то он изгоняет его за пределы страны, а на место его ставит своего единомышленника в этом деле Анастасия и тогда смело открывает борьбу против Святых икон. Говорят, что в первый раз внушили ему такую нечестивую мысль евреи, некоторым волшебством предрекшие ему возведение на царство, когда он, еще бедняк, проводил с ними жизнь пастухом ослов. Когда он бедственно окончил жизнь, преемником его власти, а еще более гонения против Святых икон, становится Константин Копроним, его лютейшее отродье (аки скимен). И нужно ли говорить, что и сколько сделал этот беззаконник?! Но! - когда и сей гнусно скончался, на царство вступает сын его от хазарки, а после того как и этот бедственно окончил жизнь, то наследниками власти становятся Ирина и Константин. Они, по указанию Святейшего патриарха Тарасия, собирают Седьмой Собор - и церковь Христова снова приемлет святые иконы! После их царствования возводится [на престол патриарший] Никифор из Геника, затем сын его Ставракий, а после него Михаил Рангабе - почитатели Божественных икон. Преемником Михаила становится зверовидный Лев Армянин, который, быв обольщен хитрым внушением некоего затворника, нечестивого монаха, воздвигает второе иконоборство - и снова церковь Божия оказывается без благолепия. На место его поступает из амореев Михаил, а на место его сын Феофил, которые неистовством против икон превзошли всех прочих. Сей Феофил многих из Святых отцов предал изысканным мучениям и казням за досточтимые иконы - и до такой степени загнал Правду, что, как говорят, разыскивал по городу, не окажется ли кто в народе разномыслящий с ним, но не мог в течение многих дней найти. Вследствие двенадцатилетнего пресыщения, изнуренный кровавым поносом, он приблизился к кончине, рот его так широко раскрылся, что чрез него видны были внутренности. Благочестивая Феодора сильно скорбела о таком бедствии. И вот [однажды], она едва только заснула, как видит в сонном представлении пречистую Богородицу, держащую в объятиях Превечного Младенца, окружаемую светлыми Ангелами, которые бьют и поругаются над ее мужем Феофилом. Она проснулась. В это время Феофил, немного пришедший в себя, воскликнул: «Горе мне, бедному! Бьют меня за Святые иконы!» Царица тотчас возлагает на него икону Богородицы - и молится Ей со слезами. Находясь в таком положении, Феофил увидел у одного из предстоящих наперсный Крест и, взяв его, приложился! - и тут же уста, изрыгавшие хулы против икон, и бесстыдно раззевавшееся горло, стали приходить в прежнее положение; он успокоился от обдержащей болезни и страдания, и заснул, исповедав, что БЛАГО почитать Святые иконы и поклоняться им. Царица, вынося из своих кивотов святые и досточтимые иконы, всей душой старалась, чтобы Феофил прикладывался к ним и воздавал честь... Но! - Феофил скоро умирает. Феодора - всех, кто только жил в изгнании, в темнице, вызывает, и распоряжается поместить в безопасном месте. Иоанн: он же и - Ян: скорее начальник волшебников и демонов, чем патриарх, низлагается с патриаршего престола; на него восходит Христов исповедник Мефодий, много прежде пострадавший, и заключенный живым во гробе...

Во время сих событий Великому Иоанникию, подвизавшемуся на Олимпийских горах, устрояется от Бога некое присещение. Великий подвижник Арсаакий приходит к нему и говорит: «Меня прислал к тебе Бог, чтобы нам пойти к никомидийскому затворнику - преподобному мужу Исайи, и от него узнать, что угодно Богу и благолепно для Его Церкви!» И вот они, пришедши к преподобному Исайи, слышат от него: «Так говорит Бог: вот приблизился конец вра­гов Моего образа! Ступайте вы к царице Феодоре и к патриарху Мефодию и скажите им так: УДАЛИ ВСЕХ НЕЧЕСТИВЦЕВ - И, ЗАТЕМ, С АНГЕЛАМИ ПРИНЕСИ МНЕ ЖЕРТВУ БЛАГОГОВЕЙНЫМ ЧЕСТВОВАНИЕМ ОБРАЗА И КРЕСТА МОЕГО!» Услышав это, они тут же отправляются в Константинополь, и сказанное объявляют патриарху Мефодию и всем избранным Божиим. Вместе идут к царице и находят ее уже расположенной на всё. Из отцов был только тот, кто благочестив и Богобоязнен. Царица, сняв с шеи икону Богородицы, тут же в виду всех, приложилась к ней - и сказала: «КТО НЕ ПОКЛОНЯЕТСЯ И НЕ ПРИКЛАДЫВАЕТСЯ К НИМ С ПОДОБАЮЩЕЙ ЧЕСТЬЮ, НЕ СО СЛУЖЕНИЕМ КАК БОГАМ, НО! - КАК ИЗОБРАЖЕНИЯМ ПО ЛЮБВИ К ПЕРВООБРАЗАМ, ДА БУДЕТ АНАФЕМА!» Они возрадовались великой радостью. И просит она их, при этом же, чтобы они помолились за мужа ее Феофила. Хоть сначала они и отказываются, но, видя веру ее, соглашаются. И вот Святой Мефодий, собравши весь народ и весь клир и архиереев в «Великую церковь Божию», сам туда приходит; там же были и послы из Олимпа: великий Иоанникий и Арсаакий, и Навкратий, и ученики Феодора Студийского, и из «Великой Обители» Феофан и Феодор - писатели и исповедники, Михаил Святоградец, и Сингел, и многие другие - все они совершают всенощную молитву Богу о Феофиле, со слезами и единодушной мольбой. Так это совершалось во всю первую седмицу постов: то же самое делала с женщинами, и (с) прочим народом, и сама царица Феодора.

Когда все это так происходило, царица Феодора, погрузившись в сон на заре пятницы, увидела, будто она находится пред Распятием, и некоторых, которые со страхом при переходе около распятия идут и несут разные орудия наказаний, среди же них ведется как узник царь Феофил, связанный руками позади; признав его, она последовала за ведущими его. Когда она дошла до медных ворот, увидела некоторого мужа необычайного вида, и Он сидит впереди иконы Христа; против Него остановили и Феофила. Царица, коснувшись ног Его, молила за царя. Он же, едва отверзши уста, говорит: «Жена, велия вера твоя, знай, что ради слез и веры твоей, а также ради прошения и молитвы рабов и иереев Моих Я прощаю мужу твоему Феофилу!» После того говорит и ведущим: «Освободите его - и отдайте жене его». Она вместе с ним пошла в радости и веселии, и тотчас же сон прекращается. Это видела царица Феодора. А вот патриарх Мефодий, когда совершались молитвы и прошения за Феофила, взял пробельную бумагу, написал на ней имена всех еретиков-царей, в том числе и Феофила, и положил под Святой престол - тоже около пятницы и он [Мефодий] видит в видении страшного Ангела, входящего в великий храм, который, подойдя к нему, сказал: «Услышана, епископ, молитва твоя, и царь Феофил получил прощение, не докучай более о нем Божеству!» Он, желая узнать, справедливо ли видение, подошел к поставцу престола, вынул бумагу, развернул и... - о, судьбы Божьи! - нашел имя Феофила вполне, по Божию определению, изглаженным! Узнав об этом царица в сильной радости оповещает патриарху собрать весь народ с честными Крестами и Святыми иконами в «Великую Церковь», чтобы ей возвращено было благолепие Святых икон - и всем было ведомо новое торжество! И вот когда почти все собрались в церковь со свечами, и царица приходит с сыном. По совершении там литии, все вышли со Святыми иконами и честным Древом Креста, Святым и Божественным Евангелием к так называемому Милию, восклицая: «Господи, помилуй!» И затем, опять возвратившись в церковь, и чрез Святых избранных мужей стали воздвигать святые иконы на места с провозглашением правоверующих и правоисповедующих и, напротив, с отлучением неверующих и не приемлющих почитания Святых икон и с преданием их анафеме! - и потом совершили Литургию. И с сего-то времени Святые исповедники установили каждогодно совершать сие Священное Торжество, чтобы мы снова не впали в такое же нечестие... Неизменный Образ Отца, по молитвам святых Твоих исповедников, помилуй нас! - Аминь!